Прошлое – прошлому

Бета: Jenny
Рейтинг: NC-17
Пейринг: СС/ГП
Жанр: драма/романс
Отказ: Все права на персонажей и сюжет "Гарри Поттера" принадлежат Дж.К. Роулинг. Автор фика материальной прибыли не извлекает.
Аннотация: Северус Снейп не хотел быть вампиром, но судьба распорядилась иначе. Гарри Поттер не хотел влюбляться в вампира, но и ему не повезло. Что оставалось героям? Всеми способами выпутываться из ситуации, придумывая новый эпилог для старой сказки. Фик написан на конкурс "JKR была не права, или 32,5" на "Астрономической башне".
Статус: Закончен
Выложен: 2008.04.28



Глава 4: Часть 2. Новый дом

Я прикусил язык. Было так чертовски больно, что сначала я кинулся в ванную и подставил его под струю ледяной воды. Стало еще больнее. Тогда, вспомнив, что я все же волшебник, я открыл рот и сунул в него палочку, пытаясь припомнить нужное заклинание. Именно в таком положении меня застала Гермиона.

- Гм... – сказала она, чтобы привлечь мое внимание, и невольно фыркнула. – Не знаю, что ты делаешь, но выглядит это как-то неприлично.

Я высунул язык, показывая ей ранку.

- Это еще и больно.

Она кивнула и, взяв меня за подбородок, одним движением палочки наложила нужное заклинание.

- Так хорошо? – я улыбнулся, и она задала еще один вопрос: – Нервничаешь?

- Да. Не представляю, как мы будем совмещать работу и учебу.

Она улыбнулась.

- Ты не из-за этого переживаешь. В конце концов, профессор Макгонагалл и все учителя согласились работать на каникулах, чтобы подготовить к ТРИТОНам тех, кто вынужден был пропустить последний год или получил недостаточно качественное образование, как Невилл и другие. Мы послали им письма о том, где будем стажироваться, так что уроки подвели под наше основное расписание работы. Тут все просто: днем вкалываем, а вечерами и по выходным учимся. Я знаю, что тебя на самом деле беспокоит, – она серьезно на меня взглянула. - Ты сказал Джинни, что переезжаешь от ее родителей?

Я покачал головой. Гермиона была права: именно переезд, планами насчет которого я поделился только с ней, заставлял меня нервничать. Джинни так радовалась, что мы живем вместе, ее родители относились ко мне так же, как к собственным детям, но я чувствовал себя в Норе некомфортно. Из-за меня дом постоянно осаждали журналисты, а ведь у его обитателей были не только причины для радости, но и свои печали. Им нужен был покой и время, чтобы оплакать наши общие потери, а не суета и посторонние. Когда Гермиона, отыскав родителей в Австралии, сказала, что не хочет возвращаться жить к ним в дом, потому что как бы она их ни любила, это теперь не совсем ее мир, они с Роном посоветовались и решили вместе снять квартиру. Мой друг решил некоторое время поработать с Джорджем, чтобы помочь тому управлять бизнесом без Фреда, а Гермиона получила место стажера в отделе Контроля за магическими существами, где собиралась вовсю отстаивать их права, поэтому средства позволили им подыскать неплохую двухкомнатную квартирку в Ноттинг-Хилле. Услышав об их планах, я тоже загорелся желанием, наконец, обзавестись собственным домом и даже навел кое-какие справки о недвижимости в Годриковой лощине, присмотрел подходящий коттедж, но… Меня пугала реакция Джинни на скорый переезд Рона и Гермионы. Она была недовольна: «Что они творят? Уезжать сейчас, когда мама с папой так в нас всех нуждаются, - это свинство. Неужели нельзя подождать хотя бы полгода? Хорошо, что ты у меня, Гарри, не такой и уважаешь чужие чувства». Я уважал, кто бы спорил, но что мне было делать с наличием у меня собственных стремлений? Отказаться от них? Почему-то именно сейчас все во мне восставало против такой уступки.

- Нет, я с ней не говорил.

Гермиона нахмурилась.

- Тебе придется. До какого числа хозяева коттеджа ждут твоего решения и задаток?

- Я должен дать ответ завтра.

Она снова посоветовала:

- Поговори с ней, Гарри. Девушки не любят такие сюрпризы.

Как будто я не знал. Такие сюрпризы никто не любит. Закон пары - действовать сообща.

- Поговорю. Вечером.

- Гарри…

- Вечером, - это единственная уступка, которую я сделал своей неуверенности.

- Ладно. В конце концов, ты прав: есть и иные причины волноваться, – она посмотрела в зеркало на свою наглаженную мантию. – Первый день новой работы. Интересно-то как…

Я кивнул. Мне действительно было интересно. Хотя, нет, наверное, я врал себе. Никакого волнения не было. С самого начала я знал, что буду аврором. То, что в пятнадцать казалось мечтой, теперь, когда мне вот-вот должно было исполниться восемнадцать, наконец становилось реальностью, а я… Перегорел, должно быть. Слишком много крови видел, чтобы связать свою судьбу с профессией, которая не обещала, что мне удастся избежать новых битв. Когда Кингсли предложил стажировку, я малодушно согласился. Он долго с энтузиазмом рассказывал про новый мир, в котором мы многое должны изменить, а я, в отличие от Гермионы, занимался не тем, что жадно его слушал, а рассуждал, есть ли у меня навыки для другой карьеры? Потом решил, что мне проще идти заданной дорогой, а не отвечать на тысячу вопросов, почему я передумал. Окончание войны сказалось на мне странно. Все то мужество и азарт, что были во мне, будто иссякли. Я надеялся, что на время, а потом я смогу стать прежним Гарри, у которого было очень много идеалов и желание их отстоять.

- Ты права, это волнительно.

Гермиона кивнула.

- Тогда одевайся побыстрее и спускайся завтракать. У Молли уже все готово.

- Да, конечно.

Когда она вышла из ванной комнаты, я взглянул на свой язык. Подумал о предстоящем разговоре с Джинни и почти пожалел, что не откусил его совсем. Как все было бы просто.

***

- Привет, - мягкие губы коснулись моих. – Я смутился. Никак не могу привыкнуть к статусу официального парня, который хорошо знаком с расположенными к нему родителями, и это дает ему право у них на глазах целовать свою девушку по утрам. Точнее, целовала в основном Джинни, я же не смущался только за плотно закрытыми дверями своей комнаты. – Первый рабочий день?

Она улыбнулась. Не мне, а скорее румянцу на моих щеках. Меня иногда злило, что он так ее забавляет.

- Первый.

- Волнуешься? Ну так садись, дорогой, покушай. Хороший завтрак поднимет тебе настроение.

- Ну, или на нервной почве его стошнит на начальника.

Я был благодарен Молли и Джорджу, которые словно и не заметили наши неловкие объятия в дверях. Особенно Джорджу. Было приятно слышать его шутки снова. Он тяжелее остальных переносил смерть Фреда и паясничал теперь довольно редко. Может, в силу этого мы все слишком звонко и долго смеялись над его выходками, стремясь спровоцировать его на новые проказы.

- Боюсь, это сильно повредит его карьере, – улыбнулась Гермиона, когда я сел рядом. Она рассматривала свою огромную порцию яичницы с сосисками как персонального врага. Может, в этом была еще одна причина того, почему она так спешила с отъездом. Не хотела размерами походить на матушку Рона.

- Не переживайте так, - улыбнулся нам Артур. – Вот, помню, я в первый день…

- Когда вернешься? – шепотом спросила Джинни, садясь рядом.

- После девяти. До шести часов я работаю, а потом у меня занятия в Хогвартсе.

- О чем шепчетесь? - полюбопытствовал вошедший на кухню Рон.

Джинни нахмурилась.

- Я считаю, что это несправедливо, что заниматься летом разрешили только выпускникам. В конце концов, мы все многое пропустили по школьной программе.

- Но, дорогая, учителя - тоже люди, им нужно хоть немного отдыха. А они согласились работать все лето, - Молли поспешила поставить еще одну тарелку. – Вы все будете более усердно заниматься в новом учебном году. Минерва говорила мне, что для тех, кто много пропустил, будут проводиться дополнительные занятия, так что ты все наверстаешь.

Рон, садясь за стол, рассмеялся.

- Мам, да она волнуется не из-за пробелов в знаниях, а потому, что редко сможет видеть Гарри. Знания ее волнуют в последнюю очередь, она уже решила, что после школы будет профессионально играть в квиддич. Там особого ума не требуется, да, Джин?

Джинни показала ему язык.

- Даже если так, это совершенно не твое дело, чего я хочу и по кому буду скучать.

Их перепалку остановил Джордж, вставая из-за стола.

- Если ты, соня, собрался рассиживаться за завтраком, то твоим мечтам не дано осуществиться, – сказал он Рону. – Я заберу кое-какие бумаги в своей комнате, и мы аппарируем на работу.

- Тиран, - бросил ему вслед Рон.

- Жизнь - тяжелая штука, братишка. Надо было меньше дрыхнуть.

Все было хорошо. Я жил в чудесном мире и должен был улыбаться, но что-то не нравилось мне в нем. Вот только я никак не мог понять, что именно.

***

- Гарри, - Кингсли приветливо похлопал меня по плечу. – Господа, это Гарри.

Несколько человек, занятых работой в отделе, обернулись ко мне.

- Привет, Гарри, - и так же поспешно вернулись к своим делам.

Их начальник, обняв меня за плечи, повел к маленькой отдельной комнатке, служившей ему кабинетом.

- Все рады, что ты с нами, просто у отдела сейчас не самые простые времена. Многие наши люди убиты, а работы хоть отбавляй. Волдеморт и его приспешники практически развалили министерство, да и на улицах беспорядки. Пока мы сражались, многие занимались тем, что нарушали закон. Дрянналлея сейчас, как никогда, опасное место, поэтому мы постарались привлечь как можно больше стажеров и перевели из других отделов несколько сотрудников, когда-то работавших в аврорате. К каждому аврору будет приставлено по два стажера, работать и патрулировать будете группами, и боюсь, что мы вынуждены будем отступить от общепринятых норм обучения. Работы с бумагами будет мало, а вот патрулей и расследований, думаю, даже слишком много. Но ведь тебя это не сильно испугает, да?

Он так улыбался, ища во мне оправдание своим надеждам, что я не нашел в себе силы его разочаровать.

- Не слишком. А где остальные стажеры?

Кингсли жестом предложил мне сесть на пошатывающийся стул у его заваленного бумагами стола.

- Видишь ли, Гарри, они будут через час. Я специально попросил тебя сегодня прийти пораньше, чтобы кое-что обсудить, – он нахмурился. – Понимаешь, на стажировку к нам записались немногие выпускники Хогвартса. Уверен, через год желающих будет больше, но люди нам нужны именно сейчас, поэтому некоторых студентов я лично просил хотя бы на год-два прийти к нам поработать. Даже если им не хватает навыков, и они выбирали предметы, далекие от тех, что необходимо сдавать для зачисления к нам. Тебе, наверное, будет приятно узнать, что среди тех немногих, кто согласился, - твой друг Невилл Лонгботтом.

Я признался:

- Очень приятно. А кто остальные?

- Симус Финниган, Дин Томас и сестры Патил. К нам также перевелась мисс Чанг. Остальные, к кому я обратился, как и твой друг Рон, вынуждены помогать своим семьям или нашли другую причину для отказа.

- Но, наверное, в такой ситуации нас все равно слишком мало.

Кингсли кивнул.

- Именно. Поэтому мы вынуждены были всерьез рассмотреть заявки людей, которых я при иных обстоятельствах и на пушечный выстрел не подпустил бы к своему отделу. Я понимаю их мотивы поступить к нам на стажировку. До судов и окончательного решения о судьбе их родителей эти молодые люди всячески будут демонстрировать новой власти свою лояльность. Потом, конечно, большинство из них разбежится, но сейчас даже такая помощь нам на руку.

Не требовалось большого ума, чтобы понять, о ком он говорит.

- Слизеринцы?

Кингсли порылся на своем столе, извлекая одну из папок.

- Знаешь, от кого была первая заявка, которую я получил?

По его таинственному голосу несложно было догадаться.

- Драко Малфой?

- Именно. Я сначала хотел ответить категорическим отказом, но, Гарри, он по навыкам подходит даже больше, чем твои друзья. Предметы, которые в школе изучал Малфой, полностью соответствуют тем, что необходимы для аврора, и у него были очень высокие баллы. Если мы откажем ему - то начнем новую волну дискриминации, только теперь уже проигравшей стороны. А я, если честно, этого не хочу.

Я кивнул.

- Я тоже. Но у Малфоя есть одно качество, которое делает его крайне плохим кандидатом в авроры - он трус.

Кингсли улыбнулся.

- Провалит хоть одно задание - и я вышибу его пинком под зад.

Я нахмурился.

- Не будут ли в такой ситуации рисковать его напарники?

- Будут, Гарри. Именно поэтому я не хочу подставлять никого из своих людей или других стажеров. Есть только один выход: собрать отличную команду, которая не слишком пострадает от такого слабого звена, как Малфой. Ты мой самый опытный стажер. В наставники я дам тебе Дэсмонда Макдугла. Он немного странный тип, но очень опытный аврор. Уверен, вы и вдвоем бы замечательно справились, однако есть заведенный порядок, так что…

У меня были все шансы здесь и сейчас возненавидеть свою работу. Я и Малфой - напарники. Блеск. Но Кингсли рассчитывал на меня, и я не мог его подвести.

- Хорошо. Думаю, я смогу его терпеть. Хотя, что скрывать, предпочел бы Невилла.

Он кивнул.

- Спасибо за понимание, Гарри. Не думаю, что это надолго. Малфой сбежит, как только в демонстрации его положительных мотиваций отпадет необходимость.

Я кивнул.

- Хорошо бы, - и, сказав это, понял, что на самом деле мне все равно. Даже странно, насколько безразлично. Если уж я взялся за то, чего не хотел делать, то стало уже не так важно, кто будет моим напарником.

***

- Отлично! – насмешливо заметил аврор лет тридцати – тридцати пяти, высокий мужчина со спадающей на лоб длинной светлой челкой, закрывающей один глаз. – Шекл, да ты просто гребаный садист. Нафиг мне щенок Малфоев и мальчишка, в которого каждый встречный будет тыкать пальцем? Какая с ними, к черту, работа, а? Я лучше возьму симпатягу с кактусом и китаянку. Что, Джек, поменяемся?

Я никогда не слышал, чтобы кто-то так фамильярно говорил с Кингсли. Во время распределения я поздоровался с Лонгботтомом и остальными членами АД. Трое слизеринцев - Малфой, Паркинсон и грузная девица, которую звали Миллисента (насколько я помню, именно ее любви к своей кошке Гермиона была обязана не самыми радужными днями, проведенными в больничном крыле), - держались в стороне. Пока глава аврората зачитывал список, распределяя пять пар стажеров, я разговаривал с Невиллом, который притащил с собой какое-то растение, которое, по его уверениям, особенно хорошо произрастало в атмосфере всевозможных тайн и конфликтов. Понимая, кто достался мне в партнеры, я решил, что конфликтов будет много и через неделю у нас тут вырастет целое дерево. Как выяснилось, от истины я был недалек.

Выслушав моего потенциального наставника, Кингсли нахмурился.

- Состав пар не обсуждается, Дэсмонд.

Аврор гневно смахнул с лица челку, и я смог хорошо его рассмотреть. Этот человек был, наверное, красивым. Таких мужчин рисовали на обложках романов для ведьм, которыми была забита спальня Джинни. Высокий шотландец с волевым подбородком, пронзительными серыми глазами и более темной, чем волосы, чуть рыжеватой щетиной, которая, впрочем, отлично сочеталась с загаром. Его не портил даже шрам, рассекающий бровь. Не хватало, на мой взгляд, только килта вместо джинсов, волынки и прекрасной незнакомки, которую он мог бы страстно сжимать в объятиях. Вот только, на мой взгляд, образ немного портила кривая ухмылка. Впрочем, шептавшиеся за моей спиной сестры Патил тут же назвали ее ироничной и, похоже, уже тоже загорелись желанием поменяться со мной и Малфоем наставником.

- Как скажешь, Шекли, вот только я не понимаю, зачем тебе в такое время приставлять меня надсмотрщиком к потомственному темному магу и телохранителем к парню, которому шагу не дадут ступить, не попросив автограф.

- Не обсуждается, - холодно отрезал Кингсли. – А теперь прошу вас ввести своих стажеров в курс дел и раздать им задания. Желаю всем новичкам удачи. Спасибо, что решили к нам присоединиться, и добро пожаловать в аврорат.

- Ну, мы пойдем, - тихо сказал Невилл, когда его и Чоу наставник, пожилой мужчина, жестом пригласил их к своему столу. – Похоже, тебе пригодится терпение.

- Жаль, что мы не в паре, Гарри, - заметила девушка, которой принадлежал мой первый поцелуй, улыбнулась и пошла за ним. Я подумал о том, что Джинни очень не понравится, когда она узнает, что я буду стажироваться в ее компании. Начиная с ней встречаться, я не подозревал что сестра Рона такая ревнивая. Иногда мне это нравилось, но порою очень смущало.

Поскольку мой наставник не двигался с места, глядя, как остальные разбирают учеников, я решил, что стоит проявить немного коммуникабельности, и подошел к будущему напарнику.

- Привет, Малфой.

Тот, видимо, тоже решил, что по отношению к человеку, который спас ему жизнь, стоит проявлять вежливость.

- Здравствуй, Поттер.

Что ж, возможно, тут все могло обстоять лучше, чем я подумал изначально.

- Как дела у твоих родителей?

Он пожал плечами.

- Ограничение магии до суда. С меня сняли, так как я получил приглашение на стажировку.

А чего стоило ожидать? Кингсли говорил о построении нового мира на основе справедливости. Малфои это заслужили. Я не питал к ним зла, чувствуя даже что-то вроде уважения к тому, как они стояли друг за друга горой, да и Нарцисса все же спасла мне жизнь. Но свои проблемы они, как ни крути, все же создали сами, и должны были заплатить. Я уже получил письмо от матери Драко с вопросом, буду ли я выступать в суде в качестве свидетеля в защиту ее и ее сына. Я ответил, что да, буду, потому что хотел и дальше учиться прощать. Мне это было нужно: моя предвзятость и злость однажды сделали меня заложником огромной ошибки. Я был слеп, потому что не хотел видеть правду, а теперь мне уже было не перед кем извиняться. Повторения этой ситуации я не хотел.

- Ясно.

Он спросил в ответ после некоторых колебаний:

- Как твои друзья? У них все нормально?

Я кивнул.

- Да, все хорошо.

- Я думал, Уизли тоже пойдет с тобой в аврорат.

- Рон собирался, но из-за смерти брата он пока должен заняться семейным бизнесом.

- Понятно. Что ж, Поттер, раз уж мы в одной лодке... – он улыбнулся одним уголком рта и несколько нерешительно протянул мне руку.

Я не должен был ее пожимать! Что-то правдивое и честное во мне должно было возмущаться против подобного лицемерия, но это что-то благоразумно молчало. Своевременно, потому что я хотел это сделать - и сделал. Коротко сжал холодную ладонь Малфоя, не почувствовав и тени сомнений или отвращения. Он улыбнулся уже более дружелюбно, я придал своему лицу похожую мимику.

- Эй, вы, моральные извращенцы! Если вы закончили с предварительными ласками, может, наконец, займемся делом? - скрестив на груди руки, недовольно осведомился наставник, который до этого нас упрямо игнорировал.

Мы с Малфоем переглянулись.

- Кого-то он мне напоминает, - заметил я.

- Смесь Снейпа и Хмури, не иначе, - констатировал Малфой. – У нас с ним будет куча проблем.

- Уверен?

- Увы.

- Ты его знаешь?

Драко кивнул.

- К сожалению. Этот тип - мой дядя.

***

Подробности перипетий в семействе Малфоев я смог узнать только час спустя после того, как Дэсмонд Макдугл проводил нас к своему заваленному папками столу в самом углу аврората.

- Значит, так, чертовы принцессы, вот это - отныне наше общее рабочее место. Стулья себе наколдуете сами… - дождавшись, пока мы это сделаем и усядемся, он продолжил: – Сегодня вводное занятие, первое и последнее. – Кое-как рассортировав бумаги со скоростью, которая заставляла отдать ему должное, Дэсмонд сложил стопкой штук двадцать объемных папок. – Это дела, которые я сейчас веду. Здесь собраны все материалы, показания, список улик, помещенных в хранилище, кто арестован и так далее. Рассказывать в подробностях не буду, у меня без этого полно занятий. У вас есть сегодняшний день, чтобы все это изучить и написать мне свои идеи по поводу каждого дела. Какие меры вы бы предприняли, какие следственные действия дополнительно провели и считаете ли, что все задержанные виновны. Повторюсь: это ваш первый и последний шанс во всем разобраться. Дальше думать придется на ногах, писать отчеты - ночами, а вместо чтива перед сном - изучать материалы дел. У нас тут не кружок по вышиванию, и людей действительно мало, так что заранее предупреждаю: будете ныть, жаловаться или что-то не успевать - пойдете из аврората нахрен, я просто не подпишу вам стажировку. Вопросы?

Малфой, как прилежный мальчик, поднял руку.

- Да, сэр.

- Ну, слушаю, - усмехнулся Дэсмонд.

- Вы все время будете вести себя как ублюдок, сэр? Или, выполняя работу качественно, мы можем рассчитывать на более уважительное к себе отношение?

Меня поразило то, что Малфой задал вопрос не со своей обычной издевкой, а так, словно его это на самом деле интересовало.

Дэсмонд пожал плечами.

- Не знаю, Брунгильда, поживем - увидим. Но что-то подсказывает мне, что вы, девочки, для этой работы совершенно не годитесь, – он перевел взгляд на меня. - Золушка, а у тебя вопросы есть?

Я кивнул.

- Да, сэр.

- Ну, валяй.

- Будет ли у нас шанс прожить достаточно долго, чтобы вы что-то там увидели?

Дэсмонд расхохотался.

- А фиг его знает, – он стал серьезным. - Значит, план работы такой. Сегодня сидите в аврорате, пока все не изучите. Не успеете до времени своих занятий - отправляетесь на них, а потом возвращаетесь сюда. Предупреждаю сразу: схалтурить и забрать работу на дом не получится. Материалы в папках защищены от копирования, а из этого кабинета вы их не вынесете. Закончите - отправляетесь спать. Занятия в школе у вас завтра в два, рекомендую до них хорошенько отдохнуть, потому что в шесть вечера вы должны быть здесь. Посмотрим, на что способны ваши мозги, и отправимся патрулировать Дрянналлею, - поймав взгляд Малфоя, он хмыкнул. – Время вопросов вышло, детка. Мне пора, так что самое время начинать вкалывать, - аврор небрежно взял со стула мантию, перебросил ее через плечо и шагнул к камину, даже не простившись с нами.

- Дядя, говоришь? – спросил я Малфоя, когда наш наставник исчез в зеленом пламени.

Тот кивнул.

- Увы, Поттер. Позор семьи, если так можно выразиться.

Я улыбнулся. Несмотря на свое развязное поведение, этот человек мне немного понравился. Он чем-то напоминал Сириуса, и я даже попытался вспомнить фамильное древо Блэков. Было ли на нем выжженное пятно с кем-то по фамилии Макдугл?

- Он родственник твоей матери?

Драко на минуту задумался, стоит ли отвечать, но потом пожал плечами.

- Нет. Он брат отца, – Малфой нахмурился, пояснив: – Незаконнорожденный.

Я решил, что личные вопросы задавать не стоит. Драко не выглядел человеком, стремящимся к откровенности и готовым поделиться какой-либо историей.

- Ладно, проехали, – я ткнул пальцем в папки. – Как думаешь, что нам с этим делать?

Малфой придирчиво разглядывал стопку дел.

- Думаю, наш единственный выход успеть хоть как-то все изучить - это работать параллельно. Ты берешь одно дело, я - другое, пишем краткие конспекты с фактами и своими предложениями и предположениями. Потом почитаем друг за другом, и если у кого-то будут вопросы, то мы их обсудим.

- Что если ты напишешь какую-то ложь, и меня выгонят отсюда, если я проколюсь на незнании материала? – вот, правда, не знаю, почему я задал этот вопрос. Наверное, годы недоверия не так легко перечеркнуть.

Малфой посмотрел на меня почти злобно.

- Тебя не выпрут, ты же у нас знаменитость. Хотя в одном ты прав, Поттер: план дурацкий, никто не поручится, что ты таким способом не захочешь выжить меня. Я тут всем как кость в горле.

- Ага, даже собственному родственнику.

Драко кивнул.

- Ему особенно. Ну так что? Каждый за себя?

Я взглянул на папки и отчего-то понял: то, что говорил Кингсли о профессионализме Дэсмонда Макдугла, не было преувеличением или лестью. Этот человек после недолгого наблюдения за нашими отношениями не просто уговорил или заставил, он вынудил нас с Малфоем стать командой. Поставил в условия, в которых никто из нас не мог победить в одиночку.

- Думаю, у нас нет иного выхода, кроме как доверять друг другу. Я хорошо сделаю свою часть работы, Малфой.

Он кивнул.

- Я тоже, Поттер. Потому что что-то подсказывает мне, что, оставшись один, никто из нас не справится с тем, что будет дальше.

Мы как-то импульсивно снова протянули друг другу руки. В этом даже необходимости особой не было. Просто жест, чтобы скрепить сделку. Но нужный, кто бы спорил, потому что мы снова робко улыбались, как два законченных идиота, и мне впервые пришло на ум, как же Малфой, наверное, был одинок все эти годы в школе. У меня не было друзей до Хогвартса, а у него - в нем. Не считать же Крэбба и Гойла, в самом деле, его приятелями? Как бы я ни относился к Малфою, глупцом он не был, ведь провернул же ту штуку на нашем шестом курсе… Починил шкаф, который я даже сейчас не представлял, как мог бы починить.

- Ладно, делимся.

Он рассортировал папки, причем так, что нам достались одинаковые по размеру стопки, мне даже поменьше.

- Делимся, – Малфой тут же принялся за работу, а я еще минуту разглядывал его склоненную над бумагами голову. Мне было с ним легко и, похоже, даже интересно. Вот так странно мы, наверное, взрослеем.

***

- Обед, - Невилл тронул меня за плечо так неожиданно, что я даже вздрогнул. Чтение меня действительно захватило. У этого самого Дэсмонда был, похоже, литературный дар. Отчеты не были сухим изложением фактов, они чем-то напоминали авантюрный роман и, наверное, от этого пестрили пометками Кингсли «конкретнее» и «доработать».

- Прости, друг, - я показал на семь папок, в которые даже не успел заглянуть. – Похоже, я сегодня худею.

Он улыбнулся.

- Да уж, кто-то тут закрутил все гайки. Сочувствую, Гарри… - он поправился: – Парни. – За что люблю Невилла - так это за его хорошее ко всем отношение. Вчера он мог бы убить Драко, но то было вчера, а сегодня новый день, и Невилл готов сделать все, чтобы именно таким он и оставался. – Вам что-нибудь принести из столовой?

Я кивнул.

- Пару сэндвичей и кофе, если можно.

- Хорошо, – Лонгботтом не из тех, кто легко сдается. – А тебе, Малфой?

Драко оторвался от чтения. Я с завистью заметил, что он изучил уже на две папки больше, да еще успел исписать пять листов пергамента своим мелким, но четким почерком.

- Нет, спасибо.

Когда мой приятель ушел, я понял, как на самом деле голоден. В животе предательски заурчало. Может, стоило съесть все за завтраком, как и советовала миссис Уизли, но я слишком нервничал. Попытался сосредоточиться на тексте, но после пятого звука, уговаривающего пожертвовать системе пищеварения хоть что-то вкусное, Малфой гневно засопел и отнял у меня папку.

- Ладно, прервемся на пять минут. Поттер, тебя твои будущие родственники, что, вообще не кормят?

Я заспорил:

- Ну почему же… - Драко тем временем извлек из кармана мантии аккуратный бумажный пакет, увеличил его взмахом палочки и извлек из него небольшую скатерть, которую расстелил на освобожденной от документов части стола. На нее он выложил несколько одноразовых тарелок, на каждую из которых поместил по домашнему сэндвичу разного вида и, достав небольшой нож, аккуратно разрезал каждое вкусное и теплое великолепие пополам. Завершил картину большой термос с чаем с несколькими надетыми сверху серебряными стаканчиками. – Как думаешь, где тут можно помыть руки перед едой?

Я сглотнул.

- Только не говори, что ты готов со мной поделиться.

Он ухмыльнулся.

- Готов, если поможешь найти туалет. От тебя голодного все равно никакого толку.

Ну, в тот момент я бы нашел ему даже Вифлеемскую звезду, если бы этот самодовольно улыбающийся гад требовал ее достаточно настойчиво. А так…

- Не вопрос. Сейчас все узнаю.

***

- Значит, незаконнорожденный брат отца, говоришь?

Малфой кивнул.

- Ну да. Знаешь, Поттер, такое случается: мужья изменяют женам, потом у них появляются побочные дети.

- И они с твоим отцом не ладят?

- А с чего бы им ладить? – удивился Драко. – Ты же видишь, какой этот Дэсмонд. Думаешь, кому-то приятно с ним общаться?

- Нет, я так не думаю, – я доел последний бутерброд и вытер салфеткой руки. – Но ты же его все-таки знаешь, Малфой. Значит, вы не впервые видитесь.

Он ухмыльнулся.

- Ну, не нужно быть аврором, чтобы это понять, Поттер. Да, мы виделись, но я не хочу это с тобой обсуждать. Давай лучше вернемся к работе.

- Давай.

Мне было легко соглашаться после такого сытного обеда. Но поработать не пришлось: ко мне прилетела сова с коротким письмом. Я пробежал его глазами. Колдун, у которого я хотел купить дом, писал, что его жена родила ребенка. Они был приятной молодой парой, и их маленький коттедж с двумя спальнями не слишком подходил для семьи, которая хотела детей. Они продавали его, чтобы купить другой дом, который уже выбрали. Я знал, что этот человек хочет забрать жену из больницы и привести ее уже в новое жилище. У них были покупатели и кроме меня. Полагаю, то, что они тянули время, давая мне возможность подумать, было проявлением любезности к Гарри Поттеру. Увы, любая снисходительность пасует перед необходимостью. Колдун в письме очень извинялся, но сказал, что с него срочно потребовали задаток на новое жилье и если я не встречусь с ним сегодня в Гринготтсе, чтобы подписать все документы и оформить сделку, то он вынужден будет договориться с другим покупателем.

- Черт!

Малфой оторвался от своих бумаг. Все время, что я читал письмо, он краем глаза следил за мной из-под челки, и я видел, что его мучает любопытство.

- Какие-то проблемы?

- Да, – я спрятал послание в карман. – Слушай, мне надо отлучиться на пару часов. Хотя, может, это займет больше времени и я смогу появиться только на занятиях.

- Поттер, ты всерьез думаешь, что я буду тут работать один?

Я покачал годовой.

- Не думаю. Давай так: ты сделаешь то, что успеешь до шести, а я вернусь после школы и все закончу. Просижу до утра, если надо, но сделаю, а завтра днем в Хогвартсе мы обменяемся впечатлениями.

Он нахмурился.

- Настолько срочное дело?

Я кивнул.

- Очень срочное.

Драко сдался.

- Ладно, Поттер, иди. Если Дэсмонд вернется, я что-нибудь придумаю.

- Спасибо, Малфой.

***

- Применение чар трансфигурации…

Признаться, я совершенно не слушал профессора Макгонагалл. Все мои мысли крутились вокруг пакета в моем кармане. Документы на дом… Мой первый настоящий дом. Только мой! Недалеко от того места, где жили мои родители. Кирпичные стены, черепичная крыша, просторная кухня, окнами выходящая в маленький сад. Две яблони, три черешни, многочисленные кусты жимолости и сирени, шиповник у калитки, скрипучие старые качели, на которых по вечерам можно уютно устроиться вдвоем и, закутавшись в плед, смотреть на звезды. Я влюбился в этот дом с первого взгляда. В его узкую темную лестницу и огромный камин в крошечной гостиной. В две спальни, одна из которых была расположена на мансарде, в ванную комнату с красивой, кое-где треснувшей плиткой и медными кранами. Не гнездо - гнездышко. Уютное, мое. Если бы не Джинни, я подписал бы документы в ту же секунду, как увидел коттедж. Она имела право знать, в этом Гермиона была абсолютно права. Ну так почему я ей не сказал? Боялся, что она меня отговорит? Не хотел выслушивать ее возражения? Это было эгоистично и трусливо с моей стороны. Я это понимал. Отдавал себе отчет в том, что поступаю неправильно, но все равно никак не мог решиться на разговор. К чему это привело? Вот теперь я уже точно подлец.

Рон ткнул меня локтем в бок и придвинул свои записи.

- Не витай в облаках. Макгонагалл на тебя уже поглядывает.

Я ему кивнул.

- Ага, спасибо, друг.

Интересно, как он отнесется к тому, что я плохо поступил с его сестрой? Набьет мне морду? Обидится? Ну почему я совершил такую глупость! Что мне стоило прислушаться к словам Гермионы?

- Перерыв полчаса, – скомандовала декан Гриффиндора. – Вам накрыли чай в Большом зале. По школе лучше не гулять, во многих коридорах ведутся ремонтные работы, и мистер Филч настоятельно просил не разносить повсюду грязь, - я поднялся, собираясь идти вместе с друзьями, но она жестом меня остановила. – Поттер, задержитесь на минутку, - я остался. Когда все вышли, она встала из-за своего стола и села рядом со мной за парту. – Гарри, вы выглядите рассеянным и расстроенным. Неприятности на работе?

- Нет, что вы, профессор. Я, наверное, просто переволновался. Все же первый день... – не люблю врать, но обсуждать с ней свои личные проблемы почему-то не хотелось. Вот с Дамблдором я бы смог, а с ней - нет, хотя, наверное, госпожа директриса была бы сейчас более чутким собеседником.

- Кингсли сказал, что ты стажируешься в паре с Малфоем под руководством Дэсмонда Макдугла. Думаю, это не самая приятная для тебя компания.

Я пожал плечами.

- Да нет, все нормально.

Она покачала головой, сосредоточенно разглядывая свои ладони.

- Я хорошо знала Айрин Макдугл. Мы даже дружили, пока она, на свою голову, не связалась с Абраксасом Малфоем. Он был женат, когда у них завязался бурный роман. Спустя какое-то время у нее родился сын.

- Ваша подруга еще жива?

- Нет. Она умерла семь лет назад в Азкабане.

Я был заинтригован.

- За что ее посадили?

- За убийство Кариссы Малфой, матери Люциуса Малфоя.

Да уж, отношения между родственниками в семье Драко сложно было назвать простыми.

- Она правда убила ее? Ваша подруга?

Макгонагалл задумалась.

- Никто точно не знает. Кариссу прикончили у нее же дома, оглушили ударом по голове и перерезали горло. Ее домовые эльфы показали, что последней ее гостьей в тот день была Айрин, и после ее визита хозяйка гостиную не покидала. Ее арестовали, на допросе она заявила, что действительно говорила с женой своего любовника, просила дать ему свободу, но когда уходила, та была жива. Расследование ее дела вел тогда Хмури, он проверил все факты и выяснил, что в гостиную в тот день с работы перемещался по каминной сети Абраксас Малфой, но ушел, не пробыв в доме и пяти минут. Его допросили, он признался, что да, в доме был, но нашел жену мертвой, испугался, что на него падет подозрение, так как все знали, что они в последнее время не ладили, и ушел. Двое подозреваемых - и никаких улик. Абраксас во всем обвинял Айрин, утверждая, что никогда бы не развелся, так как это противоречило кодексу его семьи, а действуй он вопреки нему, все состояние и титул после развода перешли бы к его законному наследнику Люциусу. По словам Малфоя, любовницу его отказы ужасно раздражали, и зная, что против второго брака никто возражать не станет, она убила его жену. Мотивы были у обоих, и следствие зашло в тупик. Думали даже применить Веритасерум, но неожиданно для всех Айрин призналась в убийстве. Был суд, и ее приговорили к пожизненному заключению.

- Но вы думаете, что она этого не делала?

- Да, думаю. Хмури сказал, что за день до того, как она дала признательные показания, у Айрин в тюрьме был посетитель - Люциус Малфой.

Я был озадачен.

- Но разве он мог заставить ее оговорить себя?

- Думаю, мог. У Айрин не было родных, я уже хотела взять на себя заботу о ее ребенке, когда, откуда ни возьмись, появилась какая-то троюродная кузина с документами на право опеки, подписанными моей подругой. Она забрала мальчика к себе, и я узнала, что небескорыстно. На счет ребенка была положена солидная сумма, которую он должен был получить, достигнув совершеннолетия, плюс кто-то выплачивал ему и его опекунше щедрое ежемесячное содержание.

- Думаете, этим человеком был Люциус Малфой?

- Я в этом практически уверена. Через год его отец умер от драконьей оспы. Болезнь в наше время редкая, мучительная и от нее невозможно излечиться. Могу сказать, что смерти в такой агонии никто бы не позавидовал. Многие тогда недоумевали, где и как он мог заразиться, и поражались мужеству и самоотверженности его сына, который сам ухаживал за отцом весь период его болезни.

- Вы полагаете, что он его убил?

Макгонагалл пожала плечами.

- Я не могу никого обвинять без доказательств. Как бы там ни было, Дэсмонд вырос и поступил в школу. Шляпа распределила его в Слизерин. У мальчика были не самые простые годы обучения. К незаконнорожденным на факультете Салазара отношение немногим лучше, чем к детям магглов. У этого парня было много недостатков, он казался гордым, упрямым, излишне своенравным, но отличался обаянием. Десятки девочек вздыхали по нему, и Дэсмонд, часто пользовался их расположением в своих интересах. Одна делала за него домашние задания, другая приносила сливочное пиво из Хогсмида, третья помогала с отработками, на которые он попадал довольно часто, но ни одна из них не занимала его мысли. Дэсмонд был одержим только одним человеком: своим братом Люциусом Малфоем. Шило в мешке не утаишь, тайну его рождения когда-то слишком часто муссировали в прессе, чтобы он мог о ней не узнать. Думаю, мальчику хотелось понять, что на самом деле произошло с его матерью и почему его единственный родственник, человек, на деньги которого он живет, так упрямо его игнорирует. Ненавидит? Тогда зачем помогает? Я знаю, что он писал Люциусу сотни, тысячи писем с самого детства, но никогда ни на одно из них не получил ответа. Я не скрывала, что была дружна с его матерью, так что у нас с Дэсмондом сложились отношения несколько более доверительные, чем у учителя и ученика. Я знаю, что сразу после школы он все же добился встречи с Люциусом. Что между ними произошло - я не в курсе, но Дэсмонд приехал ко мне летом очень подавленный и попросил разрешения немного у меня пожить, пока не найдет работу. Я согласилась и точно знаю, что с тех пор он не взял у Люциуса ни одного сикля. Вернул все деньги из своего хранилища и с каждой зарплаты переводил Малфою часть средств, потраченных на его содержание в детстве. Мальчик легко устроился в аврорат, потому что, несмотря на его неусидчивость, оценки у Дэсмонда всегда были хорошие. Я думала, что после той встречи он ненавидит брата, но когда того в первый раз посадили в Азкабан, именно он из кожи вон лез, чтобы его вытащить, и, должна сказать, справился с задачей, хотя против него самого начали служебное расследование, обвиняя в подтасовке улик, но так ничего и не доказали. После этого его отношения с Люциусом как будто стали налаживаться. Дэсмонд часто подолгу гостил в доме Малфоев, возился с племянником и очаровывал подруг Нарциссы. Кажется, он даже собирался жениться на одной из них, незадолго до того, как умерла Айрин. Когда она заболела, он добился очередного свидания с матерью в Азкабане. Я опять-таки могу только предполагать, что перед смертью она сказала ему правду, тогда как до этого упрямо лгала, что во всем виновата. Говорят, прямо из ее камеры Дэсмонд отправился к Малфою и пытался его убить. Дело на него так и не завели, потому что Люциус отказался выдвигать обвинение, но с тех пор, я думаю, этих людей можно считать врагами. Враждующие Малфои, Гарри, - это всегда страшно и очень сложно. Кингсли наверняка не знает и части этой информации, иначе никогда не доверил бы Дэсмонду обучать Драко, а я не считаю себя вправе рассказать ему.

Я удивился.

- Тогда почему вы все это поведали мне?

Она устало улыбнулась.

- Наверное, потому что я не Альбус и совсем не люблю тайны. Тебе с ними работать. Может так случиться, что противостояние этих людей поставит под угрозу твою жизнь, а мне бы этого не хотелось, – она погладила меня по голове. – Я, Гарри, считаю, что ты всегда вправе знать, что происходит в твоей жизни, и достаточно умен, чтобы принимать решения сам, а не следовать чужим. Если все будет слишком плохо, разрешаю тебе рассказать Кингсли и избавиться от этой навязанной тебе компании.

Сказать, что я был благодарен ей за такое отношение - значило вообще ничего не сказать. Макгонагалл мне доверяла и давала понять, что именно такие отношения между нами приветствует. А еще она, наверное, надеялась, что если я захочу помочь, то как-то попытаюсь наладить отношения с родственниками человеку, к которому она, судя по всему, была привязана. Вот это уже было глупо с ее стороны, я и в себе-то разобраться был не в состоянии, что уж говорить о других.

- Ну, пока все отлично, - сил в себе разочаровать Минерву Макгонагалл я так и не нашел.

Она улыбнулась.

- Вот и хорошо, – улыбку сменил привычный лик строгого профессора. – А теперь отправляйтесь в Большой зал, мистер Поттер. Яблочный пирог с корицей остывает.

***

- Малфой? – ужаснулся Рон, едва я сел за стол. – Ты в паре с Малфоем?

Я бросил укоризненный взгляд на Невилла, но тот только пожал плечами.

- Они спрашивали, как прошел наш первый день. Надо было соврать? Прости, но в следующий раз предупреждай заранее, – он положил себе еще кусок пирога и уткнулся носом в книжку о глубоководных водорослях. Вот уж кто за последние два года изменился до неузнаваемости. Похоже, у Лонгботтома уверенности в себе и своих решениях теперь было больше, чем у нас троих вместе взятых, да и смущаться он совершенно разучился.

- Брось, Рон, - сказала Гермиона. – Уверена, что все не так уж и плохо. Гарри потерпит Малфоя, ему важнее стажировка, а не мелкие дрязги.

- Ты уверена, что он будет в безопасности, пока этот трус прикрывает его спину?

- Рон, ради бога, за ними же присматривает профессиональный наставник. Думаю, им не будут поручать ничего опасного.

Мне бы разделять ее уверенность, но отчего-то терзали смутные сомнения. Впрочем, было хорошо, что она напомнила мне о Малфое.

- Я сейчас, – встав, я отправился к столу с кучкой слизеринцев, в расписании которых стояла трансфигурация. Драко и Паркинсон сидели поодаль от остальных, девушка явно приставала к Малфою с какими-то вопросами, а он вяло отвечал, записывая что-то и запивая каждое новое предложение глотком чая. Его щеки чуть розовели от смущения, и это была довольно непривычная для меня картина. Обычно хорек краснел только от гнева, но сейчас было не похоже, чтобы он злился, скорее, выглядел раздосадованным и беспомощным.

- Как наши дела? Неприятностей не было? Мне осталось много работы?

Малфой поднял на меня глаза, явно довольный вмешательством в этот, судя по всему, нелегкий для него разговор. Но Пэнси опередила его с ответом.

- О, привет, Поттер. Ваши дела дерьмовее некуда, вполне возможно, оттого, что вы ведете их вместе, – она кисло улыбнулась. - Ваш бастард-наставник заглянул в аврорат и был очень удивлен, что ты смылся. Малфой, конечно, пытался с ним объясниться, даже блеял что-то весьма неубедительное, но он, видишь ли, не удовлетворился его объяснениями и заявил, что после занятий вы обязаны вернуться вместе, и он не отпустит вас домой, пока вы под его присмотром не закончите изучать дела. - Она встала. – Мило, не так ли? Ему, конечно, плевать, что каждого из вас где-то ждут. Или, может, это вам плевать, что ждут? Как, Поттер, твоя рыжая подружка не очень расстроится, что ты переночуешь не дома?

Она сверлила меня взглядом, ожидая ответа. Ну что я мог сказать?

- Думаю, она поймет.

Пэнси истерически хихикнула.

- Повезло тебе, Поттер. А вот Драко - не очень, потому что я, видишь ли, в бешенстве! – она развернулась на каблуках и умчалась из зала.

Я сел за стол напротив Малфоя.

- Прости, что подставил тебя.

Он пожал плечами.

- Не переживай так. Пэнси злится, потому что сегодня у нее день рождения. Паркинсоны устраивают вечеринку в ее честь, и мы должны были прийти вместе, – Драко смотрел мимо меня, словно разговаривал сам с собою. – На самом деле, это хорошо, что я не иду. Мне надо было купить кольцо. Все ждали, что я приду с кольцом, а я не купил. Постоянно откладывал. То думал - еще не время, потом - не место, а сейчас у меня просто нет возможности. Хотя я бы вряд ли что-то нормальное выбрал за час, даже если бы хотел. А я не уверен…

Его переживания были мне понятны, даже слишком. Я сел за стол напротив него и налил себе чаю.

- Знаешь, зачем я отлучался сегодня?

Он покачал головой с деланым безразличием.

- А мне это будет интересно?

Я пожал плечами.

- Наверное, нет, но я все же скажу. Я дом купил. Маленький, несуразный, но мне он очень нравится. Вот только своей девушке я ничего не сказал. Нет, хотел, собирался, но так и не сделал. Как и ты, я не знаю, почему. Может, во мне живет уверенность, что ей он не понравится, или она не сможет понять, почему я не хочу жить с ее родителями. Потому что я сам пока не до конца понимаю, зачем мне так нужен, чертовски необходим собственный дом.

Он махнул рукой, словно прося меня замолчать.

- Все это слишком личное, Поттер, - и мое, и твое. Не уверен, что хочу, чтобы ты столько обо мне знал, и не думаю, что готов узнать все это о тебе, так что давай сейчас просто заткнемся. Потому что, наверное, дело не в том, что мы в одной лодке, мы просто, похоже, оба почти утопленники.

Я чокнулся с ним чашкой чая.

- Ну, давай за то, чтобы мы оба выплыли.

Он ухмыльнулся.

- Давай. Пусть хоть один из нас верит в чудеса.

Я встал почти с сожалением.

- Меня друзья ждут.

Он хмыкнул.

- Ну да, всегда. Это приятно, Поттер?

Я кивнул.

- Конечно. Тебе стоит попробовать.

Малфой сделал новый глоток чая, сосредоточившись на своей писанине.

- Я подумаю.

Когда я вернулся к столу, Рон смотрел на меня как на садового гнома, страдающего бешенством.

- Ты что-то очень любезен с этим выродком.

Я сел и, наконец, отдал должное пирогу.

- Нам вместе работать.

На мое счастье, в разговор вмешалась Гермиона.

- И, кстати, не только вам. У нас завтра ночью совместный рейд на Дрянналлею. Говорят, там развелось много незарегистрированных вампиров и оборотней. Я записалась добровольцем от нашего отдела.

Рон тут же позабыл обо мне.

- Гермиона, это не очень опасно?

Она пожала плечами.

- Думаю, не слишком. Каждого нашего будет сопровождать группа авроров, – моя подруга нахмурилась. – Ну, вообще-то, как я и ожидала, в отделе полный бардак. Впрочем, ничего странного, учитывая, что весь последний год им руководил некто Цвенз, двоюродный брат Макнейра. Похоже, регистрация темных существ велась из рук вон плохо и в основном сводилась к их вербовке на сторону Волдеморта. Сейчас у нас прекрасная начальница - Бернадетта Войс, очень решительная ведьма, она стремится как можно скорее навести порядок. Особенно много проблем доставляют вампиры. Несколько кланов отказались отчитываться перед министерством, и последний год были практически никому не подконтрольны. Сейчас нам снова нужно садиться за стол переговоров с ними, а они вряд ли пойдут на прежние условия, если мы хоть в чем-то дадим слабину.

Рон закатил глаза.

- Позволь угадать: ты напросилась именно на это направление работы. А я-то, наивный, еще полагал, что все сведется к очередной революции в пользу домовых эльфов.

Гермиона накрыла его руку своей ладонью и улыбнулась.

- И это тоже, только немного позже.

Он обнял ее за плечи.

- Только береги себя.

Гермиона беззастенчиво поцеловала его в губы.

- Непременно.

Я, честно, иногда завидовал их отношениям. Какими бы разными они ни были, сколько бы противоречий и споров между ними ни возникало, но стоило Гермионе и Рону просто прикоснуться друг к другу - и они становились одним целым. Так радостно и беззаботно она улыбалась лишь с ним, так серьезен и ответственен он был, только будучи с нею. Они любили друг друга слишком сильно. В их чувстве взаимной привязанности таяли все упреки и недопонимания, как снежинки над пламенем костра. И ничего не могло стать столь огромным, как ледяная глыба, чтобы, растаяв, затопить этот яркий огонь.

Было ли у нас с Джинни так же? Могли ли мы преодолеть все на свете? Я не знал. Самое отвратительное было то, что я не был уверен. Не в ней, а в себе, и, наверное, поэтому при мысли о предстоящем разговоре меня подташнивало от страха. Я с самого начала знал, что с легкостью за нее и ради нее умру, но судьба поставила передо мной несколько иной вопрос: хочу ли я, могу ли я с ней жить. «Я был уверен, что…», - вот последнего слова в этой фразе всегда недоставало. Может, из-за того, что сошлись мы как-то… Не скажу, что случайно, просто это было странное чувство. Я смотрел на Рона и Гермиону, их любовь и ее перипетии со всевозможными сложностями, и понимал, что они отдаляются от меня. Нет, мыслями они рядом, но чувствами - в каком-то ином измерении, в которое мне не попасть иначе, чем полюбить самому. А она всегда ждала, даже когда ей самой казалось, что перестала. Была рядом. Сильная, смелая, чертовски рыжая Джинни, и если мне хотелось с кем-то шагнуть в то самое измерение - то с ней, моей самой верной, идеальной спутницей. Потом была война, и любить было некогда. Я просто знал, что она есть, и эта мысль меня согревала. А вот сейчас… Сейчас я, наверное, просто запутался.

***

- Ну, на этом все. Можете идти домой.

Малфой взглянул на часы и застонал.

- Уже пять утра.

Дэсмонд Макдугл размял затекшие плечи и только потом ими пожал.

- А чего вы ожидали? Пикников и ванильного мороженного? Работа аврора, Брунгильда, - это не только погони и схватки. Иногда она монотонная и очень нудная.

С этим можно было согласиться. Наставник нас порядком загонял. Сначала мы читали дела, причем уже каждый по отдельности, потом обсуждали прочитанное. К тому моменту, как Макдугл оказался доволен результатом, у нас уже слипались глаза.

- Можно идти по домам?

- Вали, Золушка, но не забудь: завтра в шесть на месте и никаких опозданий.

Я встал, готовый аппарировать. Малфой мешкал, перебирая свои свитки и перья.

- Ну, ты идешь? – я не был уверен, что этих двоих стоит оставлять наедине после того, что мне рассказала Макгонагалл.

- Поттер, мы, вообще-то, не вместе живем, так что…

Я аппарировал. Выслушивать его насмешки тогда, когда я проявил заботу, не входило в мои планы. Пусть хоть поубивают друг друга - мне без разницы.

На кухне в Норе горела только одна лампа. Джинни спала, склонив голову на скрещенные руки. Мне стало стыдно за все свои мысли и поступки. Она меня, как обычно, ждала, а я делал глупости, забыв, как это хорошо - когда тебя где-то ждут. Я шагнул к ней. Под ногами заскрипели половицы, и она проснулась. Наградила меня еще мутным расфокусированным взглядом и улыбнулась.

- Привет. Так теперь всегда будет?

Я покачал головой.

- Надеюсь, что нет.

Она встала.

- Мама оставила тебе ужин. Я сейчас разогрею.

Я перехватил ее руку.

- Я не голоден, Джинни. Извини, что не предупредил, что задержусь.

- Неважно. Невилл связался со мной после занятий и сказал, что тебя загрузили работой.

- Я должен был сам...

Она обвила руками мою шею.

- Должен, но это, правда, не так уж важно. В другой раз скажешь.

Ну чего я боялся? У меня была замечательная, все понимающая девушка.

- Знаешь… – я потерся щекой о ее мягкие волосы. – Я дом купил. Для нас.

Ее тело напряглось в моих объятиях.

- Дом? – она отстранилась. – Когда ты собирался сказать мне?

Я признался:

- Все время собирался, но как-то не получалось. Он тебе понравится, Джинни, я уверен.

- И где этот дом?

- В Годриковой лощине.

- Камин подключен к сети?

- Да, там жили волшебники.

Она шагнула к очагу.

- Идем, я должна это видеть.

- Сейчас? – ее поспешность удивляла.

Джинни кивнула.

- Да, немедленно.

Мы вместе подошли к камину, она набрала с запасом дымолетного порошка, мы встали в пламя, и я назвал адрес.

***

Джинни молча обошла весь дом, комнату за комнатой, не сказав мне не слова, вышла в сад, немного посидела на качелях, но потом резко встала.

- Они скрипят.

- Я смажу.

- Не стоит, если тебя все устраивает. Мне не нравится этот дом, Гарри, но еще хуже - то, что ты врешь, когда утверждаешь, что купил его для нас. Это место для одного. Если оно было бы для двоих, ты бы поговорил со мной до того, как принять решение.

Я всем сердцем хотел ее разубедить.

- Нет, все не так. Я просто сделал глупость.

- Это не глупость, Гарри, - это эгоизм. Папа не разрешит мне жить с тобой, пока я не окончу школу, и не потому, что он плохо к тебе относится, просто маме сейчас сложно: мы потеряли Фреда, и она очень переживает. Я просила тебя остаться с нами, потому что хотела быть с тобой рядом, а ты вместо того, чтобы меня поддержать, купил дом.

- Джинни, - да, я сдался. – Нам не обязательно переезжать немедленно. Это на будущее.

Я попробовал ее обнять, но она вырвалась.

- Будущее? Какое? То, в котором ты снова будешь что-то решать, не посоветовавшись со мной? Думаешь, мне оно, такое будущее, нужно?

Она расплакалась.

- Прости, я был не прав.

- Ты дурак, Гарри Поттер! Переезжай в свой чертов дом, если собственный угол тебе важнее, чем я!

Она бросилась к двери, чтобы вернуться домой. Я смотрел ей вслед и не понимал, почему не бегу за ней. Мне хотелось, правда, очень хотелось, но сделать это - значило возненавидеть мой новый дом, а я этого не мог: он нравился мне, к моему величайшему стыду, наверное, действительно больше, чем Джинни. Плохие мысли. Я сел на качели и посмотрел на звезды. Нет, одному было не так уж приятно, но… Я знал, что так будет не всегда. Джинни вернется, мы вместе вернемся, потому что я надеялся, что она сможет полюбить не только меня, но и те вещи, что мне очень необходимы.